Подрезаю наискосок автобусом стоящую около тротуара бежевую "семерку". Мои приятели окружают машину менял. Никакого, естественно, сопротивления нам не оказывают, так как оружия у них, кроме газовиков, нет.

Менял заводят в автобус, где я, как главный, или старший, хрен там разберешь, как у ментов это называется, встречаю испуганных парней. Серега подходит ко мне и выкладывает на сиденье три газовых пистолета, кучу денег, документы и прочее.

- Ну, вот и попались, - строго говорю я - Оружие носите. Где соответствующее разрешение?

- Да какое это оружие, командир? - восклицает парень из троицы задержанных. - Это же ерунда! Нет ведь статьи за газовое!

- Нет закона носить его! - рычу я. - И тем более вот это! - киваю на две пухлые пачки долларов. В одной из них только стошки, в другой мелкие купюры.

- Дак теперь же можно! - не сдается крепыш. - Теперь за валюту не сажают!

- За валюту - конечно! - гну я свое. - Но сажают за незаконные валютные операции!

Парни тускнеют.

- У вас нет свидетелей... - бурчит бычок, видимо уяснив, что придется с деньгами расстаться.

- У меня много свидетелей, урод! - рявкаю я. - Веришь мне, или привести?

Пацаны молчат, рпустив головы, затем по очереди кивают.

- Так это... - начинает парень, - это не наше... Это вы где-то без нас нашли, наши только документы, - сдается он окончательно.

Возвращаем им паспорта и рулим дальше. Дело у нас пошло весело. За один только день успеваем обработать еще восемь точек. И вот тут мы уже сняли приличный куш.

Вечером, у меня дома, Костик подсчитывает "бабки".

- Тридцать одна штука! - орет он, подпрыгивая с кучей денег в руке. Тридцать одна штука баксов, Антоныч!!!