Генерал подошел к огромному окну и сказал после раздумья:

– Ладно, убедил.

Два лощеных типа в безукоризненных костюмах сидели за журнальным столиком, попивая кофе с коньяком.

– Рулевой – валенок, – говорил тот, кто был главней. – До него никак не доходит, что у нас все централизовано. Отстегивает, но это – как подачки. Ты не представляешь, какой у него оборот.

– Почему не представляю, – отозвался его собеседник. – Он только в Китае закупил 9 тонн метаквалона и 3 тонны димедрола. По накладным груз проходил как тальк для завода резиновых изделий. Там же закупил оборудование для таблетирования. В перспективе может выпускать таблетки мандракса весом около полуграмма. Предлагаешь послать Пичугина? Открыто? Или на разведку?

– Конечно, открыто. Пусть Рулевой сразу почувствует, что он у нас под колпаком.

Царьков был не только помощником по безопасности, но и крупным предпринимателем, владел сетью аптек. По утрам он обсуждал дела со своим управляющим Корытиным, мрачным малым с глубоко посаженными медвежьими глазками.

– Приехал некто Пичугин, – докладывал Корытин. – Говорит, отсидеться надо.

– Что у нас на него? Он, кажется, ликвидатор? – припомнил Царьков.

– Может убивать голыми руками. Хотя по виду – соплей перешибешь.

– Посели его на рыбацкой базе. И чтобы в город – ни ногой.

– Думаешь, у него в отношении нас какие-то санкции?

– Ничего нельзя исключать.

Глава первая

8 апреля 2006 года, суббота, после обеда

Юра Клюев осторожно выглянул в окно. Его мучитель плюгавый Свищ и другие грифы караулили возле выхода из школьного двора. Фиг проскочишь. Нет, можно, конечно, подойти к замдиректора по безопасности. Он здесь, в вестибюле, треплется с вахтером. Но пацанячьи разборки не в его компетенции. И вообще жаловаться, даже если тебя совсем загнобили, нехорошо.