– Раньше я была малолетней преступницей.

Жорж смутился еще больше.

– Извините меня, – сказала Жюли.

Девушка вышла из кухни с подносом. Под мышкой она держала фотографию, которую машинально прихватила с собой.

Петер сидел на полу и играл с маленькими машинками. Когда Жюли вошла, он посмотрел на свои электронные часы.

– Ты опоздала.

– Привет, – сказала Жюли.

– Где Марсель? Где старая Полно?

– Она уехала. Я заменяю ее.

Петер пожал, плечами.

– Ты опоздала, – повторил он.

– Твой дядя уехал. Мне нужно было с ним попрощаться.

– Он никогда не приходит ко мне.

Жюли поставила поднос на стол и налила горячего молока в растворимое какао и холодного молока в глубокую тарелку.

– Должно быть, он очень занят.

– Нет, он просто не любит меня. Никто не любит меня, кроме Марсель. Она сама мне это сказала.

– Она ошиблась, – заметила Жюли.

Петер ничего не ответил и сел за стол. Он высыпал в тарелку хлопья и с аппетитом принялся за еду. В дверь постучали. Жюли открыла. В коридоре стоял очень высокий белобрысый розовощекий мужчина в синем суконном костюме.

– Мадемуазель, я принес телевизор, – сообщил он.

Он указал на большую картонную коробку, стоявшую рядом с ним.

– Кто вы? – с удивлением спросила Жюли.

– Я принес телевизор. Это сюда?

Он посмотрел в свои записи.

– Я спросил внизу и меня отправили наверх.

– Телек! Телек! – закричал Петер и радостно запрыгал на месте.

– Да, – сказала Жюли, – это, по всей вероятности, сюда. Меня не предупредили о вашем приходе.

Белобрысый поставил огромную коробку в комнату. Жюли, охваченная внезапным беспокойством, подошла к окну и подняла металлическую штору.

– Куда мне его поставить?

Жюли, застыв от ужаса, смотрела вниз, на тротуар, где стоял человек в белом плаще с погончиками.