Подполковник Коваль погасил папиросу, постучал пальцами по столу.

- Что вам больше всего запомнилось из рассказов деда? Что произвело впечатление? Какие-нибудь детали...

Василий подумал несколько минут, потом сказал:

- Ну, о церкви...

Глаза Коваля засверкали так, словно его и на самом деле заинтересовало, как там в Канаде с церквами дело обстоит.

- Он верил в бога?

- В молодости не верил. А женившись на поповне, должен был в церковь ходить. Правда, церковь там не только для молений и богослужений. Она там и клуб, и деловая контора, и место отдыха. Строят их модерново, из стекла и бетона, как дворцы. Внизу, в подвале, обязательно кафе.

- Языка родного не забыл?

- Считал, что не забыл. Но говорил не очень понятно. Все время путал наши слова с английскими: "Взял кару, и поехали на тур в Америку". Или жаловался: "В больших городах часто негде кару запарковать", то есть машину негде поставить. А к тому же еще и многие украинские слова у него из диалектов - ведь канадские украинцы по большей части выходцы из Галиции, с Карпат. И очень чувствуется местный акцент.

- А числительные как произносил? Ну, например, сколько, говорил, долларов сюда привез, а сколько оставил там?

- О деньгах я с ним не разговаривал! Меня они не интересовали, встрепенулся Василий и потупился.

- А все-таки знали о них?

- Знал. Привез десять тысяч долларов. - Василий помолчал, потом продолжил: - Он говорил, что уехал когда-то с Украины гол как сокол, хотя здесь у него миллионы оставались.

Коваль улыбнулся:

- В двадцатые годы миллионерами были все. Коробка спичек несколько миллионов стоила.