— Завтра.

Мужчина быстро нацарапал адрес на обратной стороне визитки, положил ее на прилавок и, не попрощавшись, направился к выходу.

— Этот грубиян относится ко мне как к мебели! — проворчал Жозеф. — Ну ничего, все будет по-другому, когда я прославлюсь, как Эмиль Габорио!

Публикация отрывков из «Загадки „Виллы Аквилегий“»

Человек в темных очках постоял во дворе дома номер 18, наблюдая, как консьержка яростно орудует веником, затем перевел взгляд на закрытые окна первого этажа четырехэтажного здания. Запахнул плащ, повернулся и быстро зашагал по улице Сен-Пер.

На набережной Малакэ за столиком в кафе «Потерянное время» сидела женщина и делала вид, что внимательно изучает меню. Увидев мужчину в очках, она поднялась и присоединилась к нему на остановке фиакров.

Жозеф, подавив желание в очередной раз перечитать письмо Айрис, взялся за блокнот, куда вклеивал газетные вырезки о странных происшествиях и преступлениях. Он и не заметил, что визитка, оставленная посетителем, упала на дно подставки для зонтов. Последние страницы блокнота были посвящены исключительно заметкам о террористических актах, совершенных в прошлом месяце анархистами, и аресту исполнителя этих злодеяний, некоего Равашоля, в ресторане «Вери»

— «Знаменитый бомбист, неуловимый, несчастный»,

Увы, было слишком поздно: мадам Пиньо все слышала. Поднимаясь по лестнице, она сердито проворчала:

— Бандиты угрожают взорвать город, а сами не способны подбросить блин на сковородке…

Жозеф обреченно вздохнул:

— Мама, я тебе уже сто раз повторял: месье Легри просил, чтобы ты не ходила по магазину. Почему бы тебе не пройти через дом, это же не край света!

— Там в меня вцепится консьержка! Эта мадам Баллю такая болтушка, у меня от нее голова болит!