Утром Рита вскочила ни свет ни заря и не дала выспаться подруге. Через каждые пять минут она совала сонной Алле телефон с неизменной фразой: «Звони Чумаковой, пора!» И каждые пять минут получала один и тот же ответ: «Еще рано!» Наконец час икс настал, и Рита превратилась в одно большое ухо – она с нетерпением ждала, когда подруга закончит беседу и сообщит ей новости.
– Ну что там, есть что-нибудь интересное? – набросилась она на Аллу, стоило той положить телефон на тумбочку.
– Это смотря, что тебя интересует. На мой взгляд, ничего особенного. Ленке даже не пришлось особо усердствовать, так как Олег преподавал в университете, где она работает. Сама Чумакова с ним не сталкивалась, зато побеседовала с его коллегами. Надо сказать, они были не слишком осведомлены о личной жизни Гудовича, он был человеком замкнутым, но свое дело знал хорошо, даже слишком, был на нем помешан. Увлекался историей своего рода и даже выстроил генеалогическое древо. Потратив несколько лет на поиски и изучение необходимых ему документов, выяснил, что его прямым предком является сам Захарий Алексеевич Чепига, кошевой атаман, тот самый, который когда-то, больше двухсот лет назад, выбрал место для нового войскового града Екатеринодара, названного так в честь жизнедательницы Екатерины Алексеевны.
Хотя коллеги Олега Прохоровича и не очень верили в историю о знаменитом предке, но сам ученый историк ею очень гордился и нисколько не сомневался в ее правдивости. В его роду все, включая отца, деда, прадеда и так далее, были настоящие кубанские казаки, и он был яростным сторонником возрождения казачества на Руси, хотя сам и не вступал в организацию, которая этим занималась. Он агитировал молодежь идти в казачьи войска, считал, что там можно почувствовать свою принадлежность к народу, снискавшему воинскую славу на полях Первой и Второй мировых войн.