Инспектор грустно усмехнулся и поскреб пальцами подбородок.

— Да я просто забрел сюда из Сэндси, бежал, так сказать, от шумной толпы в поисках временного одиночества! — пожаловался он с напускным простодушием. — Достаточно мне зевнуть в неурочный час, как сию же минуту нагрянут с полдюжины джентльменов той же профессии, которая для вас внове, и станут донимать меня вопросами, что бы это такое значило.

— Но вы хотите немного вздремнуть, прежде чем вернетесь в Сэндси? — спросил Роджер с лукавой искоркой во взгляде.

— Вздремнуть?

— Да, во всяком случае, вы вряд ли сняли комнату в «Короне» только для того, чтобы там причесаться?

Инспектор одобрительно хмыкнул.

— Подловили вы меня, сэр! Да, я, возможно, останусь здесь на денек-другой. Даже обычные происшествия имеют в себе нечто интересное, знаете ли.

— И особенно такое, которое не является обычным? Ладно-ладно, инспектор. Вам от меня таким образом отделаться не удастся, вы же знаете. У меня уже выработался нюх на дела, где пахнет убийством, как у хорошей ищейки, и чутье мне сейчас весьма настойчиво подсказывает: вы чего-то не договариваете. Так в чем все-таки дело? Вы не можете хотя бы слегка намекнуть? Обозначить, так сказать, идею?

— Ну, не знаю, может быть и смогу. Но мне надо подумать.

— А вы не можете подумать прямо сейчас? И сказать всего несколько слов для «Курьер», прежде чем сюда нагрянут другие ребята из прессы. Если хотите, я там, в газете, заставлю через каждые два-три слова упоминать ваше имя. Ну давайте говорите прямо сейчас!

Инспектор призадумался. Он не питал отвращения к паблисити, и увидеть свое имя неоднократно упомянутым такой влиятельной газетой, как «Курьер», ему было бы приятно. Ведь если необходимая секретность будет соблюдена, то немного рекламы офицеру полиции никогда не повредит, а часто доставляет ему немало преимуществ.

— Ну ладно, не имею ничего против, чтобы, не говоря лишнего, сообщить вам, мистер Шерингэм, следующее: в этом деле есть пара подозрительных нюансов, — сказал, помолчав, инспектор. — Понимаете, предполагается, что леди в момент падения была не одна.