Роджер нетерпеливо оторвался от созерцания следов.

— Но это чертовски важно, инспектор, любому понятно. Однако разве это не исключает предположение о несчастном случае? Да, она была не одна. И готов побиться об заклад, что вы еще кое чего недоговариваете.

— Ну что ж, оно, пожалуй, и так, сэр, — лукаво подмигнул инспектор, которому, однако, не хотелось в данный момент говорить о пуговице с пальто. — Может быть, оно и так, но вы должны удовлетвориться сейчас тем, что я могу вам рассказать. Однако и то, что мы сейчас с вами видим, — тоже не для публикации, не забудьте, сэр.

Они повернулись и снова зашагали к выступу.

— А где нашли тело? — спросил Роджер. — В воде?

— Нет, в двух шагах от того места, где бывает самый высокий прилив. Видите вон тот большой камень внизу — заросший морскими водорослями до половины и желтыми ракушками сбоку? Тело лежало между этим камнем и другим поменьше, с другой стороны.

— Понимаю, — протянул задумчиво Роджер, на глазок оценивая расстояние между скальным выступом, на котором они стояли, и камнем внизу: место падения находится на один фут дальше и в сторону. Чтобы тело попало прямо туда, где было найдено, самоубийце надо было сделать еще один небольшой прыжок до камня, если бы она сама бросилась со скалы. И если женщину столкнули — тоже. Более того, внизу, под выступом, между скалами, видна глубокая заводь, и любой человек, свалившийся отсюда, обязательно угодил бы именно туда, однако тело миссис Вэйн миновало заводь и упало на камни за нею. Ясно, тут не обошлось без вмешательства извне, так что всякая случайность почти исключена. И произошло или самоубийство, или убийство.

И Роджер обернулся к инспектору:

— А вскрытие тела было, полагаю?

— Да, сегодня утром.

— Есть переломы костей?

— И немало, — добавил, проницательно усмехнувшись, инспектор, — это значит, что ее не убили где-нибудь в другом месте, а потом перенесли тело сюда, если вы об этом думаете.