– Ну что, очередная драка?

– Более или менее, – отвечаю я.

– Тогда смываемся.

Я усаживаюсь рядом с ней, и мы покидаем эти нездоровые места.

– У вас весьма странный вид, – замечает Элен спустя некоторое время.

– Да...

Я отхожу, но довольно медленно.

– Можно сказать, что на этот раз ваша одежда и ваше лицо приняли, в основном, весь удар на себя. Череп пощадили.

– Его очередь настанет в другой день.

– О! Я не сомневаюсь, но вы ничего не теряете от этой отсрочки.

– И те, другие, тоже. Знаете, моя дорогая, когда я не увидел вас в ресторане, это произвело на меня тяжелое впечатление. Я подумал, не захватили ли они вас в качестве заложницы. К счастью, ничего такого не случилось. Вы почуяли что-то, а?

– Да, когда вы пошли к умывальникам, я не сомневалась, что если там появится возможность пошарить по углам, то уж вы ее не пропустите. Итак, я не сводила глаз с Чанг Пу. Я увидела, как у него загорелась сигнальная лампочка и какое удивление выразил китаец по этому поводу. Это было не очень заметно, ведь эти типы не обладают особо выразительными лицами, но тем не менее я заметила какое-то изменение. Мне показалось, что он задумался, а потом оставил свою кассу, но не спеша, без волнения, не проявляя никаких эмоций.

– Такой уж это парень.

– Итак, я рассудила, что будет осторожнее, если я уйду. И если с вами что-нибудь приключится, то я буду вам полезнее вне, а не внутри этого здания.

– Спасибо, Элен. Вы просто лапочка.

– О! Умоляю вас. Вы же знаете, что я ненавижу это слово.

– В самом деле.

– Да. Ну, а теперь, кроме ваших оплошностей и ваших идиотских шуток, что еще приключилось?

– Давайте вернемся в бюро. Там я вам об этом расскажу.

Мы возвращаемся в бюро. Элен берет на себя роль сестры милосердия. Она накладывает на мое лицо кучу компрессов, надеясь сохранить хотя бы частично его привлекательность. Затем я опрокидываю хорошую порцию виски, чтобы отбить вкус чая, зажигаю трубку и рассказываю моей секретарше все происшедшие бурные события за исключением того, что касается шкафа.