– Революция, чи шо? – с мягким южнорусским акцентом произнес старшина разведроты старший прапорщик Варакута, потомственный кубанский казак.

Действительно, обстановка напоминала киношно-революционную, когда выстроившимся войскам должны объявить, что царь-батюшка отрекся от престола и есть повод устроить революционный митинг.

– Товарищи, дорогие товарищи, – первым начал замполит, держа в левой руке микрофон громкоговорителя. – Коварный враг, имя которому международный терроризм и которого три года назад у сухопутных войск не хватило сил добить, снова поднял свою кровожадную морду. Мало им, что из трудовой республики Чечня сделали разбойничью вольницу Ичкерия, так теперь они рвутся в соседнюю республику, желая все вокруг залить кровью. В общем так, сынки, положение в Дагестане крайне серьезное. Нужны добровольцы для командировки на Кавказ. Есть желающие?

После пафосного начала вопрос о добровольцах прозвучал как-то буднично. Но вся бригада, как один человек, сделала шаг вперед.

– Спасибо, сынки, – едва не прослезился замполит. – Вот это единодушие, вот это я понимаю, – довольный своим подразделением, весело произнес: – Прямо хоть всей бригадой лети туда, чтобы наказать супостата, – и добавил в задумчивости: – А жаль, что нельзя всей бригадой.

– Для формирования сводного батальона можем взять каждого пятого бойца, – посоветовал стоящий за спиной комбрига начальник штаба.

– Отставить каждого пятого, – недовольно буркнул командир бригады. – В прошлую кампанию так мотострелки формировали свои сводные части, и что в результате? Никакой слаженности и, соответственно, никакой возможности управлять войсками. И потому лишние потери. Поэтому не будем второй раз наступать на те же грабли. – Микрофон по-прежнему находился в руках замполита, и весь личный состав бригады мог слышать обсуждение проблемы добровольцев командованием.

– В таком случае нужно послать десантно-штурмовой батальон целиком, – предложил начальник разведки.