Для Краба нашли того покупателя, которому «пираньи» "толкнули" брелок от ключей. Взглянув на брелок, Крестный сразу узнал его. Он был сделан из эбонита, и Краб сам вытачивал его когда-то в часы досуга… Вместе с брелоком были выточены и четки, которые Крестный часто перебирал в руках, думая о Принце.

"Пираньи" клятвенно уверяли, что следов разборки в салоне автомобиля не было, и уж тем более, там не было трупов. Это сообщение вселяло некоторую надежду на то, что семья Принца жива.

Но большего и Крабу не удалось узнать. Куда похититель отправился со своими заложниками дальше, осталось загадкой.

Чтобы хотя бы на время успокоить родных, Краб по сотовому телефону позвонил Торсу.

— Антон?

— Да.

— Думаю, что Принц жив.

— Кто вы?!

— Я тоже занимаюсь поисками "Крестника"..

— Понял.

— Есть некоторые основания предполагать, что Павел, Веста и Олежка живы.

— Где они?!

— Этого я пока не знаю.

— Вам нужна моя помощь?

— Пока нет. Понадобишься — позвоню.

В трубке раздались короткие гудки. Антон облегченно вздохнул. Хоть какой-то свет в окошке. О звонившем Торс знал только то, что у Принца в Москве есть какой-то могущественный покровитель, которого Павел называл Крестным. Но кто этот крестный, как он выглядит, Антон не знал…

Торс поддерживал с осведомителями, работавшими на «Центр», круглосуточную связь. Но суперагенты смогли сделать гораздо меньше, чем этот таинственный Крестный. Этот уверенный, внушающий доверие голос позволял предположить, что покровитель Павла раскопает еще что-нибудь.

Но прошел день, за ним — другой… Пошли третьи сутки со дня похищения… Торсу стыдно было смотреть в глаза родственникам Павла и Весты. Поэтому он большую часть дня проводил в своем кабинете или в метаниях по городу, проверяя поступающие от информаторов сведения.