Клерк вернулся к телефону. Через пару минут я, озадаченный, положил трубку.

В Гонолулу не было никаких данных о том, что Уэбб там зарегистрировал свой брак. Нет, ни тринадцатого, ни двенадцатого августа... Я нахмурился.

Уэбб, безусловно, женился под своим собственным именем. Уэбли Олден — было его настоящее имя, не псевдоним, все те годы, что я его знал. Он сам сказал мне, что женился тринадцатого августа, в четверг, и во время церемонии снял ее на кинопленку. Пленка!

Я позвонил в отделение компании «Кодак» в Лос-Анджелесе. Они сказали мне, что Уэбб заказал предварительно пленку, которая и была проявлена филиалом компании в Гонолулу и, как всегда, была отправлена в адрес мистера Олдена авиапочтой. Завтра суббота, значит, пленку доставят по адресу Уэбба в Медине в понедельник.

В два часа дня зазвонил телефон. Это был Гарольд из фотостудии.

— Ну, есть что-нибудь на этих кадрах? — спросил я.

— На одном есть, Шелл. Только что вынул из кюветы мокрый отпечаток. Другой кадр не был использован, но и одного хватит и еще останется. Где ты его откопал?

Я ощутил легкую дрожь:

— Гарольд, что на этом кадре?

— Красотка. Обнаженная красотка. Ну и работа хороша. Снимал явно профессионал.

— А как выглядит эта девушка?

Он засмеялся:

— Не знаю, как тебе ее описать. — Он засмеялся опять, очевидно думая о чем-то забавном. — Лучше приезжай и посмотри сам.

— Я буду через три минуты. Или меньше. Когда я влетел в фотостудию, Гарольд уже ждал меня. Мы спустились в подвал, где находилась фотолаборатория.

— Вот она. — Он указал на стену, где на темном дереве скотчем был прикреплен цветной отпечаток размером четыре на пять дюймов.

Я посмотрел на него и не смог оторвать глаз.

— Она еще немного влажная, прямо из сушилки. Хороша?