Овчарка, которую держал на коротком поводке один из таможенников, вальяжно шествовала вдоль заметно укоротившейся очереди, почти не обращая внимания на сваленные грудой на полу баулы, но вдруг замерла возле Дорохова. Принюхалась к чему-то, раздувая ноздри, а затем, приподняв лобастую голову, эдак вопросительно и даже заинтересованно уставилась на него.

«Похоже, шельмец, ты мою Альму унюхал, — подумал Дорохов, в очередной раз удивляясь тому, насколько острым обонянием обладают эти четвероногие существа. — Хорошая она у меня девочка, умница, каких поискать...»

Альма — это полуторагодовалая сука породы среднеазиатских волкодавов. Щенка ему подарили ребята с соседней заставы, когда он, отгуляв свое на «Большой земле», вернулся на обжитую уже «точку». Очень переживала собачка, когда ее хозяин вдруг собрался в дальний путь. Пришлось ее даже в вольере запереть, иначе она неслась бы за «уазиком» до самого Душанбе...

Дорохов хотел было уже погладить овчарку, хотя вообще-то такое не приветствуется, но в этот момент прозвучал обесцвеченный служебными интонациями голос:

— Берите свои вещи и следуйте за мной.

— Вы это мне? — несколько удивленно переспросил Дорохов, обращаясь сразу к двум подошедшим к нему таможенникам. — Я вас правильно понял?

— Да, это относится к вам, капитан, — сухо сказал один из них. — Делайте, что вам говорят, и, пожалуйста, побыстрее...

Дорохова сопроводили в помещение для личного досмотра. К двум сотрудникам таможни несколькими секундами позже присоединился их третий коллега, обладатель солидного брюшка, на котором едва сходился форменный китель.

— Что везем, капитан? — поинтересовался старший смены. — Наркотики, оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества, другие предметы, запрещенные к ввозу в Российскую Федерацию?

— Ничего противозаконного, — сухо сказал Дорохов. — Только личные вещи.

— Подумайте еще раз. Советую говорить начистоту. — Старший таможенник по-хозяйски обосновался за столом, в то время как остальные продолжали оставаться на ногах. — Это ваша сумка?