– Э-э-э… А еще что?

– Хожу по магазинам.

– У-у-у… Еще?

– Сижу в кафешке.

– Дальше!

– Смотрю киношку.

– Так. И это все?

– Ну-у-у… Иду в книжный за очередной книжкой из серии «Только для девчонок»…

– Вот! Отлично! Ложись и почитай книжку!

– Да я, как назло, не взяла ничего. Может, у тебя найдется?

– У меня тоже пусто… Ну ладно, – сказала Танюсик и огляделась. – Ты где хочешь спать – наверху или внизу?

– Наверху, – сказала я, шмыгнув носом.

– А в шкафчике какие полки тебе оставить – верхние или нижние?

– Нижние, – всхлипнула я, вытирая слезы.

– А какую половину стола возьмешь – правую или левую?

– Левую, – всхлипнула я и подумала, что нет худа без добра: в другой ситуации Танюсик ни за что не дала бы мне выбрать лучшее!

На душе чуть-чуть полегчало, и я начала распаковывать чемодан. Первым делом я поставила на свою левую половину стола фотографию Лехи. Потом, подумав, убрала ее обратно – если он целыми днями будет глазеть на меня, ни за что не успокоюсь! Лучше уж сразу убрать его: с глаз долой – из сердца вон. Вместо Лехиной фотки я поставила снимок Урагана с Мэджиком, и каюта сразу начала выглядеть по-домашнему. Правда, снова нахлынули воспоминания о Лехе… Но не могу же я вообще весь чемодан выкинуть! И всю одежду… Тут каждая вещь о нем напоминает – и кедики, и джинсы, и полар, и кепка… Да и айфон полон его фоток!

Глазам снова стало мокро.

– А может, лучше каменный? – услышала я голос Танюсика.

– Что – каменный? – не поняла я.

– Ну, лед каменный. «Каменным льдом покрывается море…»

– Лед не бывает каменным, – вздохнула я, доставая из чемодана еще одну фотографию. – Каменной бывает только соль.

– Или сердце, – промолвила Танюсик.

Она посмотрела, как я ставлю на стол фотографию, и сказала:

– Хорошо, что ты ее взяла! Это моя любимая.

– И моя тоже, – всхлипнула я, выкидывая в ведро последнюю салфетку.