Стив забросил свои длинные ноги на подлокотник кресла и меланхолично пробормотал:

— Ты и твои осведомители!..

— А как, ты думаешь, я добываю сведения? От кого, ты думаешь, получают информацию копы? Главным образом от людишек вроде того, с кем мы встречаемся сегодня. Людишек, знающих что-то и готовых «запеть», надеющихся заработать на этом или имеющих зуб на кого-то.

— О'кей. Расслабься. Кто «запоет» сегодня? Коттон встряхнул головой:

— Какой-то новенький. Я его не знаю, и он не назвался, но я узнаю его по голосу. Такого высокого и гнусавого голоса я никогда раньше не слышал — похоже на банджо. — Он спрыгнул с дивана — долговязый, тощий как скелет. — Поехали. Этот мужик назначил мне встречу в баре «Какаду» — он знает меня в лицо. Там мы и пообедаем. По коням!

«Какаду» — самое крупное и роскошное ночное заведение в Метро-Сити, городе с шестьюдесятью тысячами жителей. Расположенный в самом центре, на Главной улице, сверкающий храм множества мелких и, возможно, некоторых серьезных пороков.

Под полосатым тентом над узким тротуаром, обрамленным зелеными кустиками, проходишь к массивным двойным дверям. Над входом вспыхивает и гаснет десятифутовый неоновый какаду, давший название клубу. Последовательно зажигающиеся картинки из неоновых трубок создают образ танцующей птицы. На первый взгляд, она исполняет всего лишь судорожную механическую джигу. Однако после трех-четырех коктейлей танец уже кажется тебе совершенно непристойным. И ты начинаешь удивляться, как это позволили установить здесь такую откровенно похабную штуку, но потом припоминаешь, что поначалу не увидел в ней ничего особенного. Может, на выходе все просто воспринимается иначе?