Наступил вечер, все меньше путников попадалось Яну на дороге, и почти ничего уже не было видно. Заметив постоялый двор, он подъехал к нему и постучал. Вышедший хозяин внимательно оглядел его и воскликнул:

— Наконец-то!

— Я тебя не знаю, — удивился Ян, — отчего же ты говоришь так, будто ждешь меня?

Хозяин в ответ:

— Недавно здесь был посыльный из управы, который спешил в Ханчжоу, разыскивая вас.

— А он не говорил, зачем я ему понадобился?

— Он так торопился, что я даже спросить его не успел.

Молодой Ян не стал расспрашивать, хлестнул осла и поехал дальше, молчком кляня себя: «Мне же Хун ясно сказала в песне — не останавливайся на постоялом дворе! А я что делаю? Этот посыльный — непременно от Хуана и гонится за мной. Вот было бы дело, столкнись я с ним нос к носу!»

Еще несколько ли проехал Ян на восток. Петухи проснулись, солнце заалело у края земли. И вдруг на дороге показался «зеленый платок»; посыльный быстро шел навстречу Яну. «Это тот самый слуга Хуана, — подумал юноша. — Не нашел меня, теперь возвращается в Сучжоу. Спрячусь-ка я от беды!» Сошел с дороги и скрылся в придорожных кустах. Посыльный торопливо прошагал мимо, Ян покинул укрытие и снова принялся погонять осла. Через несколько десятков ли, когда день уже сиял вовсю, юноша спросил встречного, далеко ли до Ханчжоу, и узнал, что около тридцати ли.

Уже подъезжая к городу, Ян обратил внимание на чудесный пейзаж: в окружении невысоких холмов глубокое озеро, на берегу ивы и уединенная беседка. На двенадцати каменных столбах, сверкающих в лучах солнца, как яшма, далеко в озеро выгнулась дугой дамба, а на ней еще одна беседка. Как не узнать творения Су Дун-по!

Очарованный увиденным, прошел Ян городские ворота и сразу оказался на большой шумной улице. Народу уйма, кругом суета — не сравнить с Сучжоу! На каждом шагу зеленые терема, и перед каждым алый флаг.