«Что-то вид у него сегодня озабоченный», – подумала Ватрушкина и снова села к телевизору, где на «Муз-ТВ» передавали ее любимый хит-парад.

Певец, исполнявший с экрана незатейливую песенку о девице, уехавшей за три моря в Африку и там, в стране пигмеев, макак и антилоп «гну», его, бедолагу, совсем забывшей, навевал невыносимую скуку. Такие страдальческие песенки кто только не пел, Алена даже пару раз подумывала о том, чтобы самой написать песню, исполнить ее и прославиться. Правда, дальше идеи дело не шло: у Алены не было ни слуха, ни голоса. Зато деловой хватки – с избытком: у Ватрушкиной было свое турагентство, дела которого шли очень неплохо. Настолько неплохо, что девушке пару раз предлагали его продать.

– Вах-вах-вах, – говорил очередной потенциальный покупатель елейным голоском и морщил кустистые брови, – ну скажи, зачем такой красавице работать? Зачем нервничать? Зачем вставать ни свет ни заря? Пачэму бы не прадать?! Хорошую цену дам.

Алена была в принципе не против: постоянный стресс из-за того, что кого-то из туристов укусила акула, кто-то наступил на тарантула, кто-то напился и опоздал на самолет, целая группа, вкусив ананасовки на пляже далекой тропической страны, расслабилась и осталась без денег и документов, а некая девица, посетившая Кению, после возвращения подала в суд на Аленино турагентство из-за случившейся с ней беременности. В последнем случае Ватрушкина никак не могла понять, чем она лично виновата и почему ее предприятие должно теперь содержать маленького черненького курчавого отпрыска незадачливой продавщицы овощного ларька, выигравшей поездку в лотерею. Тем не менее судебный процесс все еще шел и выматывал у Алены силы и средства.

Тем не менее продавать свое турагентство Ватрушкина не соглашалась. Чем, скажите на милость, она тогда стала бы заниматься? Мужа у нее нет.