Вернее, когда-то он был, но давно ушел. Алена даже не знала – почему: она не спросила, а муж не сказал. Или спросила, и он ответил, но Алена уже забыла содержание его объяснений. Детей у Ватрушкиной тоже не было. Правда, имелась любимая младшая сестра, но она жила отдельно. Таким образом, Алена занималась делом, которое ее уже давно не радовало, но продать его не решалась, так как тогда заниматься ей было бы нечем совершенно. А к чему приводят безделье и скука, девушке было прекрасно известно – ни к чему хорошему, об этом в свое время отлично написал Лесков в своей повести «Леди Макбет Мценского уезда». В общем и целом Ватрушкиной было грустно. И только выходящий утром из подъезда и вечером заходящий в него сосед, живший с Аленой на одной площадке, внушал ей странный оптимизм. То ли вид у него был настолько уверенный, что это передавалось Алене, то ли еще какие-то мистические свойства были у этого яркого голубоглазого блондина, весельчака и балагура, но Ватрушкину его вид успокаивал, хотя они даже не были толком знакомы. Так, скажут друг другу «привет» на лестнице и дальше пойдут в разные стороны.

– И все же вид у него какой-то уж слишком невеселый сегодня, – снова пробормотала Алена, вспоминая, как ее сосед шел к подъезду. – Интересно, что у него случилось?

В этот момент сигнализация снова пискнула под окнами знакомым тембром, и подошедшая к окну Ватрушкина увидела, как ее сосед бежит по лужам к своему автомобилю, поднимая тучи брызг.

– Да, точно что-то стряслось, – сказала Алена, провожая глазами машину.

Но тут на «Муз-ТВ» начала звучать песня, которую пела Ксения Дюк, о которой вся страна знала, что у нее страстный роман с футболистом, и Ватрушкина тотчас же забыла о странном поведении своего соседа.

Рем Фильчиков, музыкальный продюсер и бизнесмен широкого профиля, тоже, по странному совпадению, сидел перед телевизором и тоже смотрел «Муз-ТВ», но испытывал при этом совершенно иные, чем Алена, чувства.