Это вызвало ее долгий взгляд сквозь очки.

— Хорошо, — согласилась она, — рудиментарное чувство юмора лучше, чем совсем никакого, я думаю.

Мак сказал:

— Мистера Коркорана тренировка и опыт...

— Пожалуйста! Я совсем не интересуюсь профессиональными качествами вашего кандидата. Я уверена, что они быстры и молниеносны, если правильно употреблено это слово. Я уверена, что они действенны, кровожадны и очень страшные. Вы играете в шахматы?

Этот вопрос относился ко мне.

— Немного, — отвечал я.

Оливия Мариасси задумчиво нахмурилась. Последовала короткая пауза. Затем она вскинула голову и сказала:

— Я вижу мы поладим. Предыдущий был просто невыносим. Если бы мне пришлось выйти замуж, я выбрала бы этого.

Она повернулась и склонилась над изношенным портфелем, лежавшим на театральном сиденье, достала небольшую черную книгу и протянула мне. Это был томик Капабланки "Основы шахматной игры".

— Вы бы лучше изучили вот это, мистер Коркоран, — сказала она. Это развлечет нас во время нашего медового месяца. До свидания мистер Мак Ри. Я оставлю Вам договор, только сообщите мне, что мне надо будет делать.

Мы проследили взглядом, как она вышла, захватив свой портфель. Мак ничего не говорил и я молчал вместе с ним. Я не хотел говорить. Я не мог. Я даже не пытался.

Глава 3

Внутри того огромного корабля, на котором мы плыли, не доносилось ни одного звука, кроме устойчивого слышимого повсюду работающей тяжелой машины. Самолеты всего мира могли садиться на палубу или совсем не садиться. Об этом не стоили и говорить.

Мак коротко рассмеялся.

— Мой инстинкт оказался верным. Я совсем не рассчитывал на ваше участие в работе, поэтому я хотел, чтобы вы полностью отдохнули, использовав обещанный вам срок. Но когда вы вчера позвонили вечером, у меня тут же появилось предчувствие, что вы именно тот человек, который нам здесь требуется.