— Возможно он уже попался на нее, — сказал Мак. — Разумеется не сам Тоссин. Возможно он был здесь, только по устройству дел местной ячейки слежения, он скорее всего не рискнет показаться здесь снова. Он будет контролировать, следить за тем, как идут дела, на расстоянии, как всегда. В этом его сила и его слабость. Это причина того, что мы до сих пор не смогли его схватить, и в то же время это причина его неудачи в Будапештской операции. Он находится всегда слишком далеко, чтобы вмешаться, когда его подчиненных охватывает паника. — Мак помолчал. — Что касается дел в Пенсаколе, мы решили что некоторые из коллег доктора Мариасси уже имеют людей-прикрытия. Мы решили, что таковых может иметь и она.

— Мы решили, — повторил я. Может нам следовало бы подтвердить это перед началом операции?

— Мы рискуем встревожить людей Тоссина или женщину, если есть такая, которой предназначено следить за доктором Мариасси, как мы думаем. По этой причине я вывел из дела всех следователей. Ты должен заманить этого человека в уединенное место, безопасное от вмешательства полиции или кого либо еще и разузнать у него или у нее, замышляет Эмиль Тоссин.

Я прислушивался к грохоту машины находящейся где-то далеко внизу, в трюме огромного корабля.

— Да, — сказал я мягко. — Конечно. Вы правы.

Мак кивнул.

— Так справедливо.

— Довольно грубо, — заметил я. — Существуют границы того, что можно делать с такими людьми, сэр. Если нам попадается упрямец, дело может закончиться скандалом.

Мак заметил сурово:

— Если дело потребует щепетильности, вы можете позвать на помощь. У меня всегда наготове есть люди для проведения допросов.

— Оставь своих людей в покое, — заявил я. — Мой желудок крепок, как дай бог каждому. Только, мне кажется, мы должны быть более проницательны в этом деле.