– Разрешите, товарищ майор? – в дверях показался лейтенант Громов.

– Заходи, Владислав, – Голиков приветливо взглянул на инспектора. – С чем прибыл?

– Пока удалось выяснить немного, – чуть робея, начал Громов. – По отзывам сослуживцев и соседей Моисеев вел замкнутый, уединенный образ жизни. Правда, соседка по лестничной клетке сказала, что несколько раз видела его с какой-то женщиной примерно тридцати пяти лет.

– Значит, не такой уж он был аскет, – заметил Голиков. – Фотографии этой женщины в квартире Моисеева вы не нашли?

– Моисеев снимал однокомнатную квартиру у военнослужащего Ивана Кузьмича Лазарева, который сейчас находится с семьей в ГДР. Мы со старшим лейтенантом Тимошкиным в присутствии участкового и понятых тщательно осмотрели квартиру, но ничего заслуживающего внимания не обнаружили.

– Нужно обязательно найти эту женщину, – майор невесело покачал головой. – Что еще удалось выяснить?

– Примерно в 22.30 водитель таксопарка Юрий Дмитриев видел такси Моисеева в районе автостанции. Пассажиров в машине не было.

– Моисеев ехал к стоянке такси возле автостанции?

– Во всяком случае, в том направлении, а подъехал он на стоянку или нет, Дмитриев не знает.

– Хорошо. Чем сейчас занимается Тимошкин?

– Олег поехал в поселок Каморный. Может быть, там отыщется какой-нибудь знакомый Моисеева, к которому тот собирался заехать.

– Неплохая мысль. А автостанцию вы отработали?

– Пока нет, – смутился Громов.

– Узнайте, кто дежурил вечером восемнадцатого на автостанции, и опросите весь персонал. Даже незначительная, на первый взгляд, информация может оказаться нитью Ариадны в следственном лабиринте.