В арабских хрониках Андалусия, завоеванная с необычайной быстротой, предстает как страна сказочных богатств, древних прекрасных городов и плодородных земель, овеянная романтической дымкой «края света». Она стала форпостом ислама, ограниченным с одной стороны Геркулесовыми столбами, за которыми простиралось «Окружающее море», или Великий океан, а с другой — сильными и обширными государствами франков, «Большой землей», как называли андалусцы Западную Европу.

Великолепные памятники мавританской архитектуры, такие как прославленная Альхамбра (от «Аль-Хамра» — «Красный дворец») в Гранаде, названная в честь правителя из рода Бану-ль-Ахмар (XIII в.), величественная Кордовская мечеть, минареты в Севилье, мавританские крепости и сады могут создать впечатление об Андалусии как о земле обетованной, где царили мир и благоденствие. Однако реальная история Андалусии свидетельствует о противном.

Причиной завоевания Андалусии арабами, согласно легенде, было предательство графа Юлиана (арабские хроники называют его купцом), который побудил Тарика ибн Зияда, вольноотпущенника полководца омайядских халифов Мусы ибн Нусайра, наместника североафриканских провинций, высадиться в Андалусии, «описав ему богатство ее земель и мирный нрав ее жителей».

Власть готских королей оказалась непрочной — готская знать не пользовалась поддержкой крестьян и горожан, и небольшие арабо-берберские отряды Тарика, а затем войска Мусы продвигались с необыкновенной быстротой, захватив почти весь Пиренейский полуостров. Укрепившись на занятых землях, мусульмане построили на северной, северо-восточной и восточной границах своих владений цепь крепостей и военных поселений — рибатов, население которых состояло главным образом из новообращенных мусульман, а также арабов и берберов. Однако мира, спокойствия и благоденствия в Андалусии не было из-за национальных, племенных и сословных раздоров. Коренное население и пришельцы, арабы и берберы, без конца враждовали между собой и со своими правителями-эмирами.