— А не уйдут, товарищ капитан? — второй мент кивнул на Андижанца и Уби.

— Без денег? — старший усмехнулся. — Так не бывает! Сумма уж очень большая! Итак: всем понятно? Едем в ГУВД на Петровку, 38. Там будем разбираться… Впереди «Волга». За нею такси с покупателями. Дальше второе такси — с продавцом. Ясно?

Мальчишка-таксист возмутился:

— А кто заплатит?

— Мы!

— Знаю я! — Пацан осмелел. — От хрена уши!

— Поговори!

В переулке было по-прежнему безлюдно. Какая-то машина свернула было с боковой улицы, но тут же подала назад: водитель разглядел подозрительную возню у тротуара.

— По маши-нам! — старший поднял руку. — Предупреждаю: при попытке к бегству по транспортным средствам может быть применено оружие. Всем ясно?

Андижанцу казалось: он видит сон о себе.

«За какие-нибудь три минуты! И ни платков, ни денег… И сам на грани ареста!»

Позади, на сиденье, матерился Уби. Все больше заводил себя. Для полноты ощущений ему просто было необходимо получить рукояткой ментовского пистолета по дурацкой башке. Мент-водила заметил это:

— Привести в чувство? Или сам справишься?!

С Духовского двинулись колонной.

Впереди — черная «Волга» с ментами, с повязанным б ы к о м, телохранителем. С кейсом, полным денег.

За ней — машина с Андижанцем и Уби.

Замыкал Хабиби и его рыхлый с залысиной со лба таксист. Со вторым ментом. С японскими платками в багажнике. Коробки, от которых Хабиби не успел отделаться, играли теперь роль жернова, привязанного к шее утопающего.

— Не спеши! — сразу же коротко приказал Андижанец таксисту. Андижанец с Уби, с мальчишкой-таксистом стартовали, спереди и сзади зажатые конторой. Постепенно к Андижанцу возвратилась способность контролировать ситуацию.

— Не растягиваться! — донеслось из первой машины.

Между мостом и кладбищем висел запрещающий знак, контора свернула в объезд.