— Войдите сюда, пожалуйста.

Пьер оказался в роскошном, длинном и тускло освещенном зале. Свет проникал сюда через восемь ромбовидных окон в свинцовых рамах, расположенных на одной стене. Три другие стены от самого пола до дубового потолка были закрыты книжными шкафами. На половине их высоты тянулась галерея с передвижными лестницами. Посредине зала стояли два длинных стола с прекрасными старинными глобусами и настольными лампами, а вокруг них — громадные кожаные кресла. В огромном, высеченном из цельной гранитной глыбы камине горели дрова.

В каталке, греясь у огня, спиной к двери сидел мужчина. Подойдя поближе, Пьер увидел, что на нем длинный лиловый халат и шелковый шарф того же цвета. Мужчина читал старинную книгу в кожаном переплете.

Наконец он поднял голову и Пьер увидел худое темное лицо, острую черную бородку и холодные глаза.

— Меня зовут Пьер Валенс. А вы, по-видимому, Отто фон Далау?

— Да, — ответил мужчина. — Мне сказали, вы журналист. Но журналисты все до одного фантазеры. Все люди что-то создают, а эти только фантазируют.

Он положил на стол книгу и не без надменности продолжил:

— Скажите, господин Валенс, вы всегда так фантазируете, — он сделал паузу, подбирая подходящее слово, — без оглядки на ответственность? Или только в тех случаях, когда вам требуется войти в чей-нибудь дом?

Пьер узнал металлический тембр этого голоса.

— Что означает тот бред, который услышал от вас мой слуга?

— Это не бред. Мы с комиссаром Мюллером действительно побывали в «Майер-отеле» на берегу озера Аммер, где жила Валерия фон Далау. Мы беседовали там с горничной второго этажа, лифтером и рядом других служащих, — спокойно ответил Пьер.

Отто фон Далау демонстративно отвернулся от него.

— Ну и что же? Я ведь не делал в отеле никакого заявления в связи со смертью моей родственницы Валерии фон Далау.