- Почему же?

- Что ж... Я хотел бы знать, какое отношение вы имеете к происходящему?

- А я хотел бы знать, - жестко сказал Мейсон, - какое отношение к происходящему имеете вы. Вы можете назвать мне свое имя? Вы и есть мистер Хайнс?

- Ну, скажем, я его представитель.

- Я спрашиваю ваше имя.

- Что ж, если для вас это так важно, то пусть. Да, мое имя Роберт Доувер Хайнс.

- Это важно, - подтвердил Мейсон. - Садитесь. Где Хелен Ридли?

- Я уже сказал вам, что она страдает головной болью.

- Это не сходится с фактами, насколько я их знаю. Перестанем играть в прятки. В чем заключается ваша игра?

- Дорогой мистер Мейсон, уверяю вас, что... Вы можете сказать, что конкретно вас интересует?

- Я хочу говорить с Хелен Ридли, - сказал Мейсон.

- В настоящую минуту это невозможно.

- Невозможных вещей нет. Этот телефон работает, не так ли?

- Да, но я не вижу, какое это имеет отношение к вашему визиту.

- Я был проинформирован, - сказал адвокат, - что с мисс Ридли можно разговаривать по телефону. Я хочу поговорить с ней лично и сейчас. Хочу, чтобы она удостоверила, что она является той особой, за которую себя выдает. Если она не сможет этого сделать, то по этому же телефону я сообщу в полицию.

- О чем же вы сообщите? - с изысканной вежливостью осведомился Хайнс.

- Узнаете, когда я буду говорить, - жестко ответил Мейсон. - Если вам так интересно, то только кивните и можете начать слушать.

Хайнс обхватил рукой подбородок и стал его тереть.

- Действительно, неудачно складывается, - сказал он все еще сладким голосом.

- Для кого?

- Для всех заинтересованных лиц.

- Я - заинтересованное лицо, - сказал Мейсон, - и не вижу ничего для себя неудачного.

- Разрешите спросить, как вы узнали об этой квартире?

- Вы можете спрашивать о чем вам угодно, - ответил Мейсон. - Если я посчитаю нужным, то отвечу, а если нет - то нет. А пока спрашиваю я: где Хелен Ридли?