Мейсон кивнул.

Стоя в открытых дверях, девушка крикнула:

- У нас гости. Все одеты?

Никто не ответил.

- Это странно, - сказала Кора. - Входите, пожалуйста. Наверное, никого нет дома. О, а это что такое?

Ее внимание привлекла лежавшая на столе записка. Она прочитала ее и без слов подала Мейсону.

"Дорогая Кора!

Это все выглядит странно и таинственно. Я ждала, самое большое, минут пять, когда мистер Хайнс подъехал на машине, поговорил со мной, сказал, что я подхожу для этой работы и спросил, хочу ли я иметь опекуншу. Еще бы не хотеть! Он привез меня сюда, чтобы забрать тетку Аделу и немного вещей.

Я не уверена, понравится ли мне все это, но рассчитываю на то, что тетка Адела поможет мне остаться живой и невредимой. Я хотела, чтобы мы с мистером Хайнсом подъехали к твоему углу и забрали тебя, и я смогла бы рассказать тебе, что произошло. Но он сказал, что нельзя. Похоже на то, что одним из условий этой работы является отсутствие контактов с кем-либо из моих знаком на весь срок найма. Это будет продолжаться, наверное, месяц. Рассчитываю на тетку Аделу, а она рассчитывает на револьвер тридцать второго калибра, с которым не расстается уже несколько лет. Чтобы отпраздновать этот случай, она купила новую коробку с патронами. Мы хотим быть уверенными, что не будет ни одной осечки.

Не беспокойся за нас. Мы вернемся домой богатыми. Ты ведь знаешь тетку Аделу!

Обнимаю тебя, Ева."

Мейсон отдал записку.

- Вы что-нибудь в этом понимаете?

- В записке?

- Нет, в этой работе?

- Вы уверены, что тетка Адела сможет позаботиться о себе?

- И о себе, и о Еве. Совершенно уверена, - сказала Кора. - Во всяком случае, за Еву не стоит беспокоиться, она не даст себя обмануть. Что вы будете пить? Манхэттен или Мартини?

- Манхэттен, - ответил Мейсон.

- Я тоже, - сказала Делла Стрит.

Кора Фельтон открыла холодильник, достала бутылку с готовым коктейлем и налила три порции.