— Ах ты сучонок вонючий, — шипел мент, барахтаясь в Лениных объятиях. — Я тебе, падла... — он забормотал чтото совсем невнятное.
— Ты что, Дим? — спросил Саша, чувствуя, что его приятель обмяк и больше не пытается вырваться.
— Пусти, — мрачно сказал Дима.
— Дима, — продолжала всхлипывать Милана. — Ну зачем ты... зачем? — Она, разрыдавшись, кинулась прочь из комнаты.
— Больше сюрпризов не ждать? — спросил Саша у Димы, попрежнему крепко сжимая того в руках.
— Нет, — буркнул тот. — Пусти меня. Мне нужно к Милане!
— Э нет, брат. Ты пока выпусти пар, посиди, и так вон дел натворил. А я пока Милану найду и успокою, — сказал Саша, не разжимая рук.
Дима вспыхнул, но потом, видимо понимая, что и впрямь дал лишку, понуро кивнул головой.
Саша отпустил его. Дима, глядя в одну точку, бессильно опустился на пол.
— Я схожу за Миланой. А вы следите за ним, — Саша кивнул Алексею и бросился к двери.
Вообще у Миланы с Силовиком установились весьма странные отношения. Она ему явно нравилась, и этот лишенный изящества персонаж всячески донимал ее сомнительными знаками внимания — плотоядно прицокивал и причмокивал, когда она проходила мимо, громко, милицейским голосом окрикивал: «Девушка! Проверка документов!» В общем, лез к ней с поводом и без, то предлагая жениться, то — стать его любовницей, ну и другие скудные варианты все на ту же тему. Милану все это от души веселило, она подшучивала над Силовиком, заигрывала и огрызалась, порой доводя его чуть ли не до истерики.
На базе были и другие девчонки, но эмокрасавицы со своими пирсингом, татуировками и безумными прическами, которые они старались сохранять даже сейчас, видимо, находились за гранью милицейского понимания и с трудом воспринимались им как представители человеческой расы.