Нащупав рукоять автомата, придавленного к полу, и сжимавшие ее пальцы, Саша навалился еще сильнее. Милиционер вскрикнул и выдернул запястье, а Саша стал заламывать ему руки за спиной, лихорадочно соображая, что же делать дальше.
— Держи его крепче! — раздался из темноты голос Лени, администратора и совладельца репетиционной базы соседей. — А то он какойто психованный, пусть успокоится чутьчуть.
— Вам это даром не пройдет, — «психованный» явно не собирался униматься. — Нападение на сотрудника милиции при исполнении, отъем оружия... до конца своих дней за решеткой гнить будете, сволочи!..
Не обращая внимания на угрозы, Саша бросил в темноту:
— Тащи веревку! Свяжем его, пусть в себя придет. А там будет видно...
Во тьме вспыхнули тусклые маячки — пришедшие в себя ребята стали включать мобильники. Теперь хоть чтото можно было разглядеть. Люди стояли у стены, попрежнему сбившись в кучу. Саша узнал многих — вот стоят Кирилл со Стасом, хорошие музыканты и старые приятели Сашиной команды, вот постоянно трущаяся на базе молодая панкгруппа... Остальные тоже наверняка знакомые, да в темноте толком не разобрать, кто есть кто.
Вернулся Леня. Плюхнувшись рядом на колени, он протянул Саше моток крепкой капроновой веревки, и тот принялся связывать злобно сопящего, но уже не сопротивляющегося мента.
— Что дальшето делать будем? — из темноты вдруг раздался голос Алексея, напарника Лени и совладельца репетиционной базы.
Саша, затягивая узел посильнее, сказал:
— Давай его в четвертую комнату оттащим. Там дверь крепкая и закрывается снаружи.
— Давай, — согласился Леня.
Саша встал, наклонился и взялся за мешковатый ватник.
— Поднимай этого... силовика, — с кряхтением сказал он.