Казалось, безучастный оператор "Макса" бросил рассерженный взгляд на Уайза: операция на Кубе была запретной темой, позором ЦРУ, клеймом, о котором никогда не упоминали в разговоре. Неудавшаяся высадка десанта на Кубе была предпринята на основании непроверенных, необъективных данных...

- С тех пор мы продвинулись вперед, - продолжал Уайз. - "Макс" находится у нас на службе только шесть месяцев, и нам понадобилось время, чтобы научиться на нем работать... "IBM" обожает продавать крупные ЭВМ, но когда приходит время их настраивать, инженеры-наладчики вдруг впадают в состояние нервной депрессии. Но сейчас, наконец-то, все в порядке...

- Вы привели меня сюда, чтобы я приобрел комплекс неполноценности? несколько растерянно спросил Малко, выслушав объяснения Уайза.

Шеф оперативной части ЦРУ соизволил улыбнуться:

- Вы имеете непосредственное отношение к нашим ЭВМ. "Макс" определил предстоящее вам задание. Взгляните.

Уайз склонился к оператору третьей машины и шепнул что-то ему на ухо. Тот встал и, вынув из шкафчика пачку оранжевых карточек, вставил их в ЭВМ. Нажав на несколько кнопок, оператор стал ждать результата.

Гул машины усилился. В течение нескольких секунд ничего не происходило, а затем пришло в движение печатное устройство телекса, с большой скоростью выдавая результат и фиксируя его на бумаге. Малко и Уайз склонились над развертывающимся перед ними листком с тремя словами:

"Непосредственная опасность. Действовать".

Гудение машины стихло. Дэвид Уайз вырвал листок и положил в карман.

- Что это значит? - нахмурил брови Малко.

- То, что вы отправляетесь в Гонконг, - спокойно ответил шеф оперативной части. - Это не мое решение, и если бы что-то зависело от меня, то я предпочел бы дать вам возможность отдохнуть после всех ваших злоключений...