И тут Разинскую осенило. Это ж как поезд под откос пустить!.. Сейчас за такие вещи по головке не гладят… Но кто, кто может быть исполнителем? Чтобы через девчонку, капитаншу, генерала свалить? Этот вопрос преследовал ее целый день, пока вдруг она не поняла, что лучшую кандидатуру просто невозможно найти. Мужик в соку, красавец, заматерел после сорока, еще лучше стал, на артиста Парру похож, язык подвешен, манеры приятные, одинокий, давно в разводе, и главное — история эта вся напрямую его касается! Начальник отдела вневедомственной охраны инского УВД, подполковник Николаев — чем плохо?..

И Разинская позвонила ему немедленно.

— Здравствуй, Феликс Николаевич, — проговорила она с щемящей интонацией. — Хочу тебе посочувствовать. Опять твое подразделение трясти будут. Твоя ситуация и во мне не может не вызывать законного беспокойства. Надо что-то делать.

— Что вы имеете в виду, Наталья Валериановна?

— К чему лишние нервы? Найти ничего все равно не найдут, а нервы истреплют. Насчет Иванцова. Вечер, по-моему, у тебя свободен. Жду на своем ранчо. Кстати, Шатурко тоже будет, — она не сомневалась, Николаев явится, хотя знала, недолюбливает ее подполковник. Только куда он денется?

IV

В обед Наталья Валериановна отправила Ирушечку за покупками и прямо на дачу — жарить-варить. На Ирушечку можно положиться, только дай ей указание, теперь еще приходится и собственные деньги давать, вот времена настали! Но на скряжисто отпущенную сумму Ирушечка, однако, стол накрыла — загляденье!

Шатурко заговорил, когда Разинская демонстративно закрыла двери и окна плотно зашторенной от позднего летнего солнца веранды.