- Не надо иронии. Не за то. За другое. Сейчас столько нахлынуло на молодых... Про таких обездоленных они и забыли.

- Ну ты один помнишь! Невинный, черт возьми! Но я и ты не суд. Суд состоялся. И нечего кричать. Доказывай!

- Как?

- По закону. Доказывай по закону. Я с твоим начальством молодым, разволнованным, разговаривал. Ты все норовишь через голову! Приехал, даже не поставил в известность это молодое начальство, что ты жалобу нашел, не так оформленную. И что? Убедишь?

- А нет?

- Да он опять откажется. Ты думаешь... Они, молодые, чувствуют, может, в этом лучше нас... Три последних дела, чем закончились? Прибавлением срока, милый ты мой друг! Это же секут молодые! Они потому и разводят руками. Один раз Иван Семенович вывел из-под вышки. Второй раз... Играет судьба! Вдруг - вышку снова прилепят?

- Управляют нынче молодые да ранние подследственными, одно скажу!

- Опять двадцать пять! И Дмитриевским, и Романовым управлял, по-твоему, следователь?

- Да, управлял следователь.

- Логика? Зачем ему это? Впрочем, ты уже сказал: выслужиться. Но это же риск. Понимаешь, служака, карьерист не пойдет на такой риск. Побоится.

- Я тоже так поначалу думал. А правда в другом. Мы вот сейчас оглянулись. Очень правильно сделали. И то не так было, и это можно было подтянуть. Расплодили сами же своей нетребовательностью друг к другу, а в первую очередь нетребовательность к себе, и бюрократизм, и обывательщину, и, прости, нового служаку. Для него, такого служаки, важен результат. Он понимает, что безрезультатность сродни бездеятельности. Вот и пришли к нам только результатники. Самое страшное, что есть. Во что бы то ни стало результат. Так воспитывали его, так наставляли, к тому вели.

- Целая философия.

- Да, Федор. И ты за это спрашивал, за результатность, строго. Что же произошло с делом Дмитриевского? Он шел после Захвата, Улесского... Погоди, в самом деле - как третьего? Ведь его к стенке ставили! Погоди!.. Не помню. Отпустили парней - они в один голос заявили на суде: "Не виноваты!" И вот приехал следователь Меломедов. Громкая у него приставка по особо важным поручениям. Пригляделся, ухватился. И победил.