- Вставай, чечены пошли, - прорывается через звон.

От развалин бежали фигурки в нашу сторону. Я приладил автомат к плечу и короткими очередями начал стрелять. Меня отрывает от стрельбы старлей.

- Шпора, лейтенант, бегом на западный участок, там у нас плоховато.

Мы несемся по окопу и я нарываюсь на прапорщика. Он как-то странно лежит, перегородив окоп.

- Вперед, - подталкивает старлей.

Перепрыгиваем тело и вскоре оказываемся на позиции. Здесь два убитых солдата лежат лицами вниз.

- Отбивайтесь от сюда, - кричит Травкин и убегает по извилине окопа дальше.

Чеченцы совсем рядом, метров в двадцати и я сам очень удивился, когда очередью подломил двоих. Мы кидаем гранаты и тут Шпора сбивает меня с ног и мы валимся на дно окопа. Опять грохот и земля поехала в сторону.

- Стреляй, - рычит Шпора.

Мы распрямляемся и опять садим очереди в эти мельтешащие у окопов фигуры.

Наступившая темнота, прервала наступление чеченцев и мы усталые валимся на песок.

- Старлей, выпить хочешь?

- Иди к черту.

- А ты ничего, неплохо для новичка.

- Давно здесь?

- Пятый месяц.

По окопу идет Травкин.

- Шпора, возьми , возьми Новикова и оттащи погибших ребят в яму. Оружие собери. Как у вас с патронами?

- Здесь пол цинки от ребят сохранилось, - говорит Шпора.

Я осматриваю свои рожки и с удивлением вижу, что они пусты.

- У меня ничего.

До чего же быстро я расстрелял четыре диска.

- Хорошо. Шпора, возьмешь еще цинку в хранилище. Старший лейтенант, пойдемте со мной.