— Нет.

— Как он выглядел? — ухмыльнулся я. — Не вздумайте морочить мне голову россказнями о его длинной белой бороде и красной одежде, понятно?

— Я бы сказал, что он среднего роста, — энергично заговорил кролик. — Или чуть повыше.

— Благодарю вас, мистер Толлен, — буркнул я. — Теперь пойдемте потолкуем с другими гостями, пока я не растерял остатки разума.

Блондинка-корсар стояла в дверях гостиной со смущенным лицом, как будто внезапно застыдилась своего маскарадного костюма с коротенькой юбочкой, едва прикрывавшей бедра. Длинные загорелые ноги были просто великолепны, и, если бы у меня голова не была занята проклятым трупом, мне бы доставило немалое удовольствие пофантазировать о стройных ножках свирепой «пиратки», на которые ради Рождества были натянуты нейлоновые чулки-паутинки.

Позади нее по всей гостиной беспорядочно располагалась весьма разношерстная и угрюмая публика. Я сразу заметил толстого мушкетера, с головы которого слетела шикарная шляпа, обнажив розовую лысину, растерянного сатану и необычайно тучную крашеную блондинку, облаченную в детскую пижаму с кружевцами и ворохом воланчиков, сжимавшую в пухлых руках огромный леденец на палочке.

— Так где же Санта-Клаус? — спросил я женщину-корсара.

Айрис Мейлон вздрогнула:

— Пожалуйста, лейтенант, это не смешно!

— Я имею в виду гостя в костюме Санта-Клауса, — пояснил я.

Она с недоумением посмотрела на меня:

— Никакого Санта-Клауса здесь нет.

— Ошибаешься, дорогая! — пронзительно заверещала крашеная блондинка. — Я видела его на кухне с час назад, когда выходила туда за кубиками льда. — Она негромко хихикнула. — Удивительно невоспитанный старый Санта-Клаус! Я наклонилась, чтобы достать лед из морозильника, а он произнес так противненько: «Хо-хо!