– Повеситься! – захохотал Трындец. – Другого выхода я не вижу.

– Я не хочу умирать! – завопил Паша. – Я молод! У меня вся жизнь впереди!

– У тебя нет выхода, – покачал головой Трындец. – Сам посуди: жена тебя бросила, с работы вот-вот уволят, квартиру за долги заберут и в общагу выселят, а главное – радостей в жизни у тебя не осталось!

– Остались! – взвизгнул Паша. – Остались у меня в жизни радости! Пиво, вобла и подлёдная рыбалка!!!

– Сколько раз ты проваливался под лёд, рыбак хренов? – прищурился Трындец.

– Ни разу.

– Этой весной провалишься, – пообещал Трындец. – Лёд будет тонкий, ты – пьяный, так что с воблой познакомишься прямо в среде её обитания.

– Ты что, господь Бог? – в ужасе прошептал Паша. – Откуда ты знаешь, что будет весной?

– Я Трындец и этим всё сказано. Меня даже господь Бог побаивается и уважает. Так ты будешь вешаться, или предпочитаешь утонуть в проруби?

– Предпочитаю утонуть, – всхлипнул Паша. – До весны ещё… октябрь, ноябрь, декабрь, январь, февраль… – начал он загибать пальцы. – Это ж сколько пива можно успеть выпить, сколько воблы съесть? Нет, вешаться я не буду. Предпочитаю погибнуть через полгода в среде обитания своей любимой закуски.

– Перед смертью не надышишься, – вздохнул Трындец. – Только я тебе ещё не всё сказал. Пиво тебе категорически нельзя пить. У тебя, Паша, цирроз печени. Пока он тебя не беспокоит, но к весне начнутся сильные боли. Так что на твоём месте я бы повесился.

– Полный трындец, – Паша пощупал свою печень, которая отозвалась сильной болью в паху. – Ты ничего не путаешь? Может, у меня обыкновенный простатит?

– Я никогда ничего не путаю, – огрызнулся Трындец. Он встал и прошёлся по кухне, распространяя запах грязной плоти и нечистоплотной душонки.

Паша захохотал. Ему вдруг показалось забавным – утонуть в проруби, имея гнилую печень. А впрочем… Может, Трындец прав – зачем ждать весны?!

Паша сорвал с крючка топорик для рубки мяса и сунул его Трындецу.