– Умер? Эрни? – выдохнула мисс Флетчер. – Нет, нет! Ты говоришь что-то не то! С чего это он умер? Невил, ты знаешь, я не люблю таких шуток. Это недобрая шутка, милый, не говоря о том, что она самого скверного тона.

– Это не шутка.

– Не шутка?!! – Она охнула. – Невил! Пусти, я пойду к нему!

– Не стоит. Кроме того, вам это вредно. Простите меня, но это ужасно. Я сам малость выбит из колеи.

– Невил, ты что-то скрываешь!

– Да. Он убит.

Ее бледно-голубые выпуклые глаза уставились на него. Она раскрыла рот, но не могла выговорить ни слова. Невил, которому было в высшей степени не по себе, только развел руками.

– Что-нибудь сделать? Я бы хотел, только не знаю что. Вам плохо? Да, я знаю, я человек бестолковый, но такого в цивилизованном обществе не бывает. Как тут не потерять голову?

– Эрни убит? – переспросила она. – Не верю!

– Не говорите глупостей. – Голос его выдавал нервное возбуждение. – Человек не может сам себе проломить голову.

Она всхлипнула, нащупала ближайший стул и тяжело села. Невил дрожащей рукой достал сигарету.

– Простите, но рано или поздно вам все равно бы сказали.

Некоторое время она молчала, потом, словно собравшись с мыслями, громко спросила:

– Но кому бы пришло в голову убить милого Эрни?

– Понятия не имею.

– Это какая-то ужасная ошибка! О, Эрни, Эрни!

Она разрыдалась. Невил не пытался ее утешить, он сидел в большом кресле напротив нее и курил.

Тем временем в кабинете констебль Гласс делал обстоятельный доклад своему начальнику. Врач уже ушел, фотографы уже сняли что полагалось, и тело Эрнеста Флетчера унесли.

– Я был на участке, сержант, шел по Вейл-авеню, было 22. 02. Я дошел до угла Мейпл-гроува, который, как вам известно, соединяет Вейл-авеню и Арден-роуд, и тут мое внимание привлек человек, который, как мне показалось, подозрительным образом выходил из садовой калитки этого дома. Он очень быстро зашагал по направлению к Арден-роуд.