— Ты прекрасна. Всегда хороша, — коротко сказал Лейн. — Что тебе известно об этой падчерице Нуалы?

— Нуала все мне о ней рассказала, когда навещала Грету Шипли в прошлый понедельник. Ее зовут Мэги, и Нуала была замужем за ее отцом много лет тому назад. Она собирается погостить две недели. Похоже, Нуала совершенно счастлива. Не правда ли, замечательно, что они снова встретились?

Не ответив, доктор Лейн открыл дверь и отступил в сторону. «Настроение у тебя отличное», — подумала Одиль, проходя мимо него и спускаясь к машине. На мгновение она задержалась и взглянула на «Латам Мейнор», его мраморный фасад мерцал в лунном свете.

Она торопливо заметила:

— Кстати, я взглянула на миссис Хаммонд, у нее одышка, и она какая-то бледная. Может, тебе ее посмотреть перед уходом?

— Мы и так опаздываем, — нетерпеливо ответил доктор Лейн, открывая дверцу машины. — Если я понадоблюсь, то смогу вернуться через десять минут, а тебе скажу, что с миссис Хаммонд сегодня ничего не случится.

7

У Малкома Нортона в этот вечер настроение было не особенно хорошим. Седовласый мужчина с военной выправкой, он производил внушительное впечатление, но за импозантной внешностью скрывался неуверенный человек.

Три дня тому назад Нуала позвонила и пригласила его к себе на обед, чтобы познакомить со своей падчерицей. Для него это был шок — не само приглашение, а неожиданная новость, что у Нуалы появилась падчерица.

Адвокат с приличной практикой, работающий в одиночку, Нортон заметил, что в последнее время список его клиентов сильно сократился, частично по причине их старения — он стал почти экспертом по делам безнадежно больных, но также из-за приезда нескольких молодых и агрессивных адвокатов.

Нуала Моор была одной из немногих оставшихся клиентов, и ему казалось, что он знает ее дело вдоль и поперек. Она ни разу не упоминала о своей падчерице.