— Конечно, не сегодня.

— Завтра позвоню.

У двери он по-дружески обнял ее за плечи и ушел.

Внезапно почувствовав усталость, едва передвигая ноги, Мэги заперла парадную и черную двери и отправилась наверх. Заглянув в обе спальни, она отметила, что предназначенная ей комната была второй по величине в доме. Обставлена она была очень просто — кленовая двуспальная кровать, туалетный столик с зеркалом, тумбочка у кровати, кресло-качалка — и никакой индивидуальности. На туалетном столике стоял только старомодный эмалированный туалетный комплект: расческа, щетка, зеркальце, крючок для застегивания пуговиц, маникюрный набор.

Затащив сумки в комнату, Мэги сняла юбку и свитер, нырнула в свою любимую ночную рубашку и залезла под одеяло.

Теперь, после почти трехчасового сна, освежившись чашечкой чая, она наконец почувствовала просветление в голове и даже осознала, что одолела шок от смерти Нуалы.

«Осталась печаль, но это другая история, — подумала она. — Это не пройдет никогда».

Наконец, впервые за последние четыре дня, она почувствовала голод. Открыв холодильник, она увидела, что он доверху заполнен: яйца, молоко, сок, небольшая жареная курица, батон хлеба и кастрюля домашнего куриного супа. «Наверное, миссис Вудз», — подумала Мэги.

Она решила сделать себе бутерброд с курицей и небольшим количеством майонеза.

Едва устроившись уютно за столом, она вздрогнула от стука в заднюю дверь. Она развернулась и, увидев, что ручка поворачивается, напряглась всем телом, готовая к действию, но с облегчением вздохнула, разглядев в овальном окошке двери лицо Эрла Бейтмана.

Брауэр предположил, что Нуала испугалась на кухне грабителя, когда он вошел в эту дверь. Эта мысль и представившаяся ей картина заставили Мэги отойти подальше. В сознании у нее промелькнуло, правильно ли она поступит, открыв дверь, но затем, скорее разозлившись, чем испугавшись, она распахнула ее и впустила посетителя.