Потом он вытащил золотую зажигалку, тоже украшенную бриллиантами, прикурил сигарету; выйдя из лифта, положил ключ на столик администратора и вышел на улицу. Арчер жил в отеле три недели и уже подружился с месье Ковелем, одновременно исполнявшим обязанности консьержа и администратора.

Положив ключ на бюро, Арчер поинтересовался:

- Вы его знаете?

Ковель, маленький и плюгавый человечек с грустной внешностью, ответил, подмигнув:

- О, это герр Кристофер Гренвилль. Он приехал из Германии прошлой ночью.

- Из Германии? Но он коренной англичанин.

- Да, месье Арчер, он - англичанин.

- Он долго здесь пробудет?

- Он заказал номер на восемь дней, месье.

Арчер улыбнулся:

- Прекрасная погода. Париж очарователен весной, - и вышел на улочку.

"Какого черта, - думал он, - явно состоятельный человек делает в самом дешевом отеле Парижа? Его золотой портсигар тянет по крайней мере тысяч на 20 франков". Но, войдя в метро, он сразу забыл о Гренвилле и принялся думать о Джо Паттерсоне и том абсурдном деле, которое тот собирался провернуть.

Восемнадцать месяцев назад Арчер даже не мог подумать, что когда-либо будет работать на такого типа, как Паттерсон. Но сейчас у него не было выбора, не переставая, повторял он. Сидя в вонючем вагоне второго класса, Арчер с теплотой вспоминал прошлое. Восемнадцать месяцев назад он, обладающий высокой деловой репутацией в Швейцарии, был старшим компаньоном в адвокатской конторе в Лозанне. Вел дела Германа Рольфа, одного из наиболее богатых людей в мире, не уступающего в могуществе Полю Гетти и позднему Онассису. Хельга Рольф, жена Германа Рольфа, и Арчер управляли швейцарскими вкладами Рольфа, составлявшими примерно двадцать миллионов долларов.

"Я был слишком честолюбив, - думал Арчер, и его тело тряслось вместе с вагоном электрички. - Мне не повезло". Казалось, представился удобный случай: он узнал из достоверных источников, что в Австралии построена шахта, в которой вот-вот найдут никель.