Мендель презрительно рассмеялся.

— Только не с ним.

— Он не был женат?

— Нет.

Глаза Менделя скользнули в ту сторону, где молодая девушка беседовала с Лексингтоном, и он произнес:

— Он уже предпринимает определенные шаги.

— Понимаю, — спокойно сказал Сократ.

Однако Лексингтон тоже уловил последнюю фразу. Несколько озадаченный, он тихо спросил свою собеседницу:

— Это относится к вам?

Молли кивнула.

— И?..

— Я очень хорошо отношусь к нему, однако, — у нее задрожали ресницы, — видимо, не так, как он хочет. Я ему сказала уже однажды, что его желание неосуществимо и даже смешно.

— А что об этом думает ваш отчим?

Прошло некоторое время, прежде чем последовал ответ.

— По-моему, он потерял к этому всякий интерес, поскольку ему стало ясно, что я против этой затеи.

В голосе прозвучала горечь.

Лекс задумался. Он попал под очарование молодой девушки. Два часа показались молодым людям минутами, и Лексингтон выглядел недовольным, когда его брат пожелал всем спокойной ночи.

— Деревенский воздух сделал меня сонным, — сказал он, скрывая зевоту, — пойду спать. А ты, Лекс?

Лекс несколько мгновений колебался, но потом тоже поднялся.

— Зайди в мою комнату, — пригласил Сократ, когда они достигли верхнего коридора, и продолжал: — Да будет тебе известно, что ты превратил Менделя в свирепую кошку.

— Я? — удивленно спросил Лекс.

— Тс-с…

Помещение находилось над жилой комнатой, и снизу к ним доносились звуки разъяренного голоса.

— Этого-то я и опасался, — прошептал Сократ. — Он ругает ее.

— Почему?

— По-видимому, не выносит, когда падчерице оказывают внимание. И ты — не хочу употреблять фраз, взятых из романа, — но ты действительно выглядел влюбленным.

— Разве это плохо? — саркастически спросил Лекс. — Или, может быть, это выглядит неестественным?

Его брат рассмеялся.