Поморщившись, я встал, налил воды в сковородку, чтобы отмокала, потом свернул спальный мешок и набросил на него плащ-палатку на случай, если пойдет дождь, хотя и маловероятный в это время года.
Двое парнишек, те, что остановились выше, проехали мимо в основательно потрепанном джипе и помахали мне.
– Удачи, приятель! – крикнул один из них, сидевший с моей стороны.
– Оставьте мне самого большого! – крикнул я в ответ. Где-то вдалеке прозвучал выстрел. Взглянув на часы, я отметил его незаконность – оставалось еще двадцать минут до официального рассвета. Я налил себе еще кофе. Олень подождет. У меня не было ни малейшего желания в эти минуты забираться за изгородь даже в машине. Подожду, пока не станет достаточно светло, чтобы люди видели, в кого они стреляют. В это время года в лесу полно безумных охотников.
Я наблюдал, как ширится светлая полоска над горным гребнем за ручьем. Неясные пока очертания сосен на склоне горы напоминали зубья расчески. Где-то в той стороне был Лос-Аламос, откуда я приехал. В этом районе в наши дни невозможно и двух шагов пройти, чтобы не натолкнуться на атомного гения. Впрочем, грех жаловаться, – и эту работу надо где-то и кому-то делать. Хотя после случая с японскими рыбаками неподалеку от острова Бикини и истории о последних испытаниях в Неваде, получивших шумную огласку благодаря газетчикам, озабоченным последствиями радиоактивности, наша профессия, вероятно, больше не кажется такой притягательной и романтичной местному населению, как было в те времена, когда никто не догадывался о том, что за чертовщиной мы занимаемся на самом деле.
Кажется, день будет чудесным: на небе – ни облачка. Можно много критиковать природу этой части Соединенных Штатов, и я наслышался о ней достаточно нелестных слов критики за те три года, что был женат и жил здесь, но никто не может пенять на здешний климат, разве что пыли многовато в некоторых местах.
Наконец я сел в машину, выехал из кемпинга, свернул направо, проехал по гравийной дороге с милю вверх, снова повернул направо к старой лесной дороге, которую нашел еще вчера.