Прежде всего надо устроить какой-нибудь тайник. Покрутившись по каюте, Второв подрезал ножом обшивку кресла и засунул под правый подлокотник "люгер". Затем оторвал в душевой комнате пластиковую панель и разместил под мойкой спецсредства из сумки. Большую часть денег из увесистой пачки долларов он завернул в полиэтиленовый пакет, который затем приклеил скотчем к задней стенке холодильника.

Сменив рубашку, Гай вышел в коридор и закурил тонкую кубинскую сигару. Дверь двадцатой каюты открылась, и на пороге появилась красивая молодая женщина в вечернем платье от Диора. Та самая, которую Второв про себя назвал светской львицей. Юлия Полужанская. Род занятий неизвестен. Проходя мимо Гая, "львица" втянула ноздрями запах дыма и нахмурилась.

- Извините, крепок табачок, - произнес Второв. - Не желаете пару затяжек?

- Наглец, - высокомерно обронила Полужанская, даже не взглянув в его сторону.

"Пять минут" для Алисы означало не менее часа. Уразумев это, Второв вернулся в свою каюту, оставив дверь раскрытой настежь, уселся в кресло и стал ждать.

4

В баре на верхней палубе сидело человек десять. Остальные пассажиры либо разошлись по каютам, либо бродили по пароходу, наслаждаясь ночной прохладой. Какое-то судно, шедшее навстречу, издало приветственный гудок. "Коломбина" игриво ответила.

Второв и Алиса заняли высокие стульчики у стойки.

- Девушке - джин с тоником, мне - чистой водки без льда, - произнес Гай и покосился на кинорежиссера Микитчика, завороженно глядевшего в пустой бокал.

В глубине бара расположилась компания - длинноволосые юнцы и две девушки. На всех были одинаковые майки с эмблемой армии США. За другим столиком сидели двое кавказцев. Контр-адмирал в отставке Вахрушин, сверкая позолотой на кителе, поглощал свой ром в гордом одиночестве.