При виде новых посетителей Микитчик воспрял духом.

- Еще виски, - потребовал он у бармена. Затем повернулся, чуть не свалившись со стульчика, и произнес: - Сладкая парочка - телок да ярочка.

- Остроумно подмечено, - согласился Второв, а Алиса фыркнула. - Сразу видно творческую натуру.

- Вы меня узнали? - удивился кинорежиссер. - Странно, я уж думал, что навсегда канул в вечность.

- Туда вы ещё успеете кануть, не спешите. Кто же не видел ваш киношедевр "Убей папу, пока не поздно"?! Я лично хохотал до упаду, заметил Гай.

- Это драма, а не комедия, - поправил его Микитчик.

- Да? Значит, я чего-то не понял. Беллетрист Чарский, с вашего позволения.

- А-а... Читал.

Обменявшись фальшивыми любезностями, они оба посмотрели на Алису, которая неестественно долго молчала. На то оказалась своя причина: в дверях бара возник высокий пуштун. Он вперил немигающий взгляд в бывшую жену, и та замерла, как кролик перед удавом.

- Хотите ещё джина? - шепнул ей Второв.

- Хочу, - очнулась девушка. - Он когда-нибудь убьет меня, я чувствую. Чикнет бритвой по горлу - и нет птички.

- Бросьте. У него вполне цивилизованный вид. Почему бы нам не предложить ему присоединиться?

- Ни в коем случае! Он ужасный зануда.

- Вы говорите об этом черном человеке? - спросил Микитчик. Язык у него слегка заплетался. - Мне он не нравится. Мне вообще не нравится этот чертов пароход, провались он на самое дно! Кто-нибудь объяснит мне, как я сюда попал и зачем? Рейс будет неудачным - у меня предчувствие. Мы все умрем. По очереди.

- Типун вам на язык! - возмутился Второв. - Лучше выпейте ещё виски.

- Вы нарочно меня спаиваете. Хотите сбросить за борт.