Осветив фонариком логово, он обнаружил там существо, внешне похожее на человека, которое лежало на спине с широко раскинутыми конечностями. Из открытого рта его вырывались гортанные звуки и стон. Родовые признаки едва угадывались, но судя по брюкам с расстегнутой ширинкой, оно относилось к сильной половине человечества. Зато Александр Ильич легко распознал насекомых, которые в большом количестве ползали по одежде, а также отметил, что прибавилось число лежащих вокруг бутылочек. Это натолкнуло на мысль, что мужчина находится в глубоком алкогольном нокауте. Александр Ильич несколько раз толкнул существо ногой, но это никак не отразилось на позе лежащего. Поэтому первоначальная злость и решительность Александра Ильича быстро переросли в растерянность. «Что же мне его теперь, как раненого с поля боя, на себе выносить? – спросил он самого себя. – Потом за неделю не отмоешься…»

Супруга встретила возвращение мужа с восторгом. «Главное, жив, Саша, главное, жив», – повторяла она, покрывая его лицо поцелуями. За последние годы Александр Ильич редко давал жене поводы для гордости. Освободившись от объятий жены, он решительно набрал на телефоне номер милиции.

– Вас из пятого дома по Турбинной улице беспокоят, – заговорил он после того, как дежурный снял трубку. – Здесь у нас на чердаке бомж поселился. Не могли бы вы подъехать?

– Зачем?

– Как зачем? – опешил Александр Ильич после такого неожиданного ответа. – Он нам жить спокойно не дает, топает по ночам над головой, в лифте гадит. Я из-за него третью ночь не могу супружеские обязанности исполнить.

– Исполняйте днем, – кашлянув в трубку, посоветовал дежурный.

Александр Ильич начал распаляться, взывать к законности и требовать руководство, но дежурный, судя по всему, работал не первый год и привык к подобным диалогам. Ответы его были юридически точны и лаконичны: