«Умный, тонкий старый шельмец, — подумал Питер. — Внушать девушке, что ей недостает мужества в этой ситуации, для того чтобы она вступила в схватку с Кинг-Конгом!»

— О чем вы говорите? — спросила Мэриан.

— Вам придется жить два дня так, словно ничего не произошло, — ответил Маршалл. — Если будут спрашивать о вашем муже, вы должны будете отвечать, что у него все в порядке и он куда-то уехал. Вам придется обманывать свою семью, друзей, семью и друзей мужа.

— А если, все обнаружится? Если известие просочится в какую-нибудь газету, на радио или телевидение?

— Тогда это будет нашим упущением, — устало пожав плечами, сказал Маршалл. — Мы больше ничего от вас не требуем. — Он посмотрел прямо в глаза Мэриан. — Жизни многих тысяч невинных людей теперь будут зависеть от вашей способности держать в секрете информацию о происшедшем в течение нескольких дней.

— А как же люди Ричарда? Чернокожие? Я окажу им услугу или же предам их? Можете вы мне на это честно ответить, мистер Маршалл?

— Думаю, что, если нам удастся расстроить план, о котором говорил Пайк, вы принесете им пользу, — ответил Маршалл. — Если же план будет приведен в действие до того, как мы будем готовы взять ситуацию в руки, может произойти массовое убийство негров не только здесь, но и по всей стране. И тогда истребление евреев Гитлером покажется детскими игрушками. — Голос окружного прокурора оставался тихим и бесстрастным.

— Почему я должна этому верить?

— Если двадцать пять тысяч человек, большая часть из которых — белые, будут уничтожены в результате заговора чернокожих экстремистов, что тогда будет, миссис Симс? Думаю, ни за одного негра в нашей стране и гроша ломаного не дадут.

Мэриан Симс стояла, все еще опираясь на спинку кресла, и покусывала нижнюю губу.

— Вы думаете, что новость о смерти Ричарда может послужить толчком к началу волнений?