— Один раз какой-то парень помогал ей перейти улицу, — рассказала Хедер. — У нее в руках были два бидона, так она его чуть не свалила с ног. В какой-то момент мне показалось, что Элджер хочет сбить ее — мы ехали в нашем разбитом «форде».

— Перестань, дорогая, — сказала я с неопределенной интонацией, памятуя о присутствии детей. Приходилось думать о тактичности. Кристофер, не отличавшийся утонченностью манер, моментально взорвался криком:

— Черт возьми! И когда только эта старая ведьма скапутится?! Я резко оборвала его:

— Кристофер! Не смей так говорить и не употребляй такие слова!

— Какие?

— Ты прекрасно знаешь какие! А уж если на то пошло, могу сказать — забудь все твои вульгарные выражения.

— Но Маргарет! Ведь она живет в их доме! — запротестовала Нэнси. — А зимой ее и вовсе здесь не бывает.

— Это ее дом, Нэнси, — с мягкой улыбкой поправила девочку Хедер. — Пока она не умрет.

— Пока не умрет — запомни, Кристофер, — строго заметила я. — Нельзя говорить «скапутится».

— Уж и сказать ничего нельзя!

— Можно, но только не в такой манере. И нельзя называть бедную больную старушку ведьмой.

— А если это правда?

— Глупости!

— Она ведьма, Маргарет, — вступила в спор Нэнси. — Прошлым летом Анджела видела, как она летела ночью по воздуху, правда, Анджела? Один раз они ехали в машине, когда уже стемнело, а она промчалась над лужайкой в лунном свете, а потом вбежала в парадное крыльцо. — Нэнси повернулась к Анджеле. — Помнишь, ты еще говорила, что ей приходится летать, потому что ходить ей трудно?

— Я думаю, что Анджела немного преувеличила, — вставила Хедер.

— Но Джудит тоже видела ее! — сказала Анджела.

— И ты тоже, мамочка! — добавила Джудит.