Из-за стекол круглых очков без оправы на Зои уставились водянистые голубые глазки.

Зои смущенно заерзала на стуле. Веселье куда-то улетучилось, и на смену ему пришла беспросветная тоска. А тут еще Чарлз со своими бестактными заявлениями про напрасную трату сил!

Зои вступила в общество вовсе не для того, чтобы препятствовать сносу старинных усадеб, сохранившихся в окрестностях Бамфорда. Она примкнула к любителям старины только потому, что общество выступало против планов Эрика Шумахера устроить в Спрингвуд-Холле роскошный отель. Дело в том, что на территории поместья разместился приют для престарелых лошадей, основанный Элис Батт. Приют и его обитатели составляли для Зои смысл жизни. Сначала она приходила сюда, чтобы помочь основательнице приюта. Потом, когда Элис Батт состарилась и сама переехала в пансионат для престарелых в Борнмуте, она передала бразды правления Зои.

«Оставляю дело в твоих надежных руках! — сказала тогда мисс Батт. — Знаю, ты меня не подведешь, и, самое главное, ты не подведешь наших четвероногих друзей!»

Зои старалась, как могла. Разумеется, денег никогда не хватало, но они как-то держались. Очень помогал местный ветеринар, который лечил питомцев Зои бесплатно. Но приют предназначался для пожилых лошадей, пони и ослов; они вовсе не так симпатичны, как, например, щенки или котята. Кроме того, все они прожили трудную жизнь. Со многими плохо обращались, отчего они стали злобными и недоверчивыми. Поэтому добывать на них деньги было особенно трудно.

Бывший владелец Спрингвуд-Холла, сам лошадник, не только выделил приюту участок земли и назначил мизерную арендную плату, но даже платил им небольшое пособие.

Когда поместье купил Шумахер, везение кончилось. Как всегда, беда не пришла одна. Во-первых, в связи с реконструкцией Спрингвуд-Холла выросла арендная плата. Во-вторых, новый владелец совсем не обрадовался, обнаружив на своей земле полуразвалившуюся конюшню, в которой обитали старые клячи.