Удар действительно готовился. Но с другой стороны. Чтобы победить народ, совсем не обязательно воевать с ним. Достаточно приручить руководителей. Вот ведь летит «Боинг», и все посты когда-то хваленой русской противовоздушной обороны помалкивают. Потому что с московских высот спущено указание…

— Радио, господин Инспектор!

Он взял с подноса квадрат бумаги и выпрямился в кресле. Радиограмма сообщала, что слухи о том, будто восточногерманская разведка в свое время собирала компромат на советских боссов, имевших контакты с иностранными спецслужбами, полностью подтвердились. Только и всего. Ничего необычного не произошло на просторах земного шара, ни цунами, ни землетрясения, ни очередного Чернобыля. Но Инспектор обеспокоился. Компромат — это документы. Попади они в руки российских оппозиционеров, и с такой тщательностью готовившийся и вроде бы уже состоявшийся "апперкот левой" может встретить пустоту, а затем, того гляди, последует ответный — прямой в челюсть.

Слава богу, пока что этого можно не опасаться. Поскольку для секретных служб Запада в нынешней России нет секретов. Это раньше было не по себе от одного только упоминания КГБ. Теперь они запутались в спланированных не ими преобразованиях. И есть контроль, о котором они сами не знают. Если кто и опасен, так это отставники. У них — опыт, старые связи, и они бескомпромиссны. Что они там придумывают, когда собираются, как говорят русские, на рюмку чая?..

Не открывая глаз, Инспектор протянул руку, сказал тихо:

— Предыдущее радио.

Стюард выдернул из папки несколько листков бумаги, положил на стол. Но Инспектор все так же продолжал сидеть неподвижно с закрытыми глазами. Он помнил эту шифрограмму чуть ли не дословно. В ней сообщалось о событии, случившемся в маленьком немецком городке с забавным названием Квакенбрюк. Некто, по документам значившийся русским предпринимателем Семеном Корнеевым, выкрал у агента конверт с документами, а затем оставил их в купе. Что-то было не так в этом сообщении, что-то не вязалось.