Он обвел руками невидимое пространство.

- Иди ты...

Гришка ржет. Приходит Гришкин прапор.

- Товарищ лейтенант, там врачиха требует, что бы мы сдали кровь и прошли медицинский осмотр.

- Вот я ей сейчас...

- Постой, постой. Ты ведь через зараженную зону шел...

- Ну шел...

- Так пройди, пожалуйста, обязательно медицинский контроль. У меня уже трое накололось.

Гришка сразу стал серьезным.

- Слышал, прапорщик, всех на медицинский осмотр. И что бы сам во главе.

- Ты тоже сходи.

- Неужели так серьезно?

- Да.

Гришка уходит.

Я достаю папку и раскрываю ее. Здесь дело капитана Романова, отказавшегося посылать батальон на бессмысленную смерть. Постановление прокурора об аресте, куча доносов, опросы свидетелей- все это есть, чтобы доказать виновность офицера.

Я сообщил по радиостанции начштаба, что нашел папку с документами и тела арестованного и следователя.

Вечером ко мне приходит Катя. Ее вид опять встревоженный.

- Костя, пойдем прогуляемся.

Гришка, валяющийся на раскладушке сразу ожил.

- Катенька, почему он. Я что хуже?

- Мне надо кое-что ему сообщить.

- Вот всегда так. Как целоваться, так Костя, а как пахать, так Гришка.

- Пахать ты действительно умеешь, а вот в остальном слабоват.

- Как это? - взметнулся Гришка.

- Ума маловато.

- Ну хватит вам, - встреваю я. - Пошли, Катя.

- Что произошло?

Мы идем опять вдоль ручья.

- Костя, мы сейчас провели анализ крови у прибывших с Григорием людей.

- Ты нашла...?

- Да, у четырнадцати человек.

- Что же Гришка с ума сошел. Неужели он не проинструктировал людей?

- У Григория тоже...

- Не может быть?

Катя молчит и старательно вышагивает по камешкам.

- Как же я ему объясню...?

- Завтра вызывай вертолет. Всех их надо госпитализировать.