— О, папа вовсе не будет против, — сказала уверенным голосом Джулия Хартли. — Напрасно ты так робеешь перед ним, Майк, он только напускает на себя такой суровый вид. Я прошу тебя, не обижайся, если он вдруг отвернется от тебя и снова примется писать: по-моему, его вообще ничего на свете не интересует по-настоящему, кроме работы.

— Папа! — задохнулась удивленно девушка, увидев отца.

Сэр Бэзил Хартли не понял их разговора и даже не заметил, как они поднялись на площадку. Он даже не пошевелился с той минуты, как вокруг него сомкнулась тьма. Услышав восклицание девушки, он вздрогнул и повернул голову в направлении ее голоса, только тогда ему удалось разглядеть смутные очертания фигуры дочери и ее спутника.

— Ничего… ничего, моя дорогая, — пробормотал Хартли. — У меня страшная головная боль, мне необходимо отдохнуть. — Он резко повернулся и сделал шаг вперед — прямо на стену. Отшатнувшись, он приложил руку ко лбу, дрожа с головы до ног. — Я… я просто переутомился, — продолжал он. — Что-то глаза мне отказывают, но посплю ночь и все будет в порядке. Отведи… проводи меня в мою комнату, пожалуйста, Джулия.

Девушка подошла и взяла его за руку, бросив при этом взгляд на своего приятеля, высокого мужчину приятной внешности, одетого в отлично сшитый серый костюм. Темные густые волосы его слегка вились.

— Я сейчас вернусь, — сказала она.

— Ладно, — спокойно сказал Майк Эррол, — но тебе следовало бы послать за доктором. Со зрением шутки плохи. — Он как-то странно посмотрел на Хартли, хмурясь и не обращая внимания на Джулию. — Может быть, мне позвонить по телефону?

— Ты и в самом деле считаешь, что это необходимо? — спросила Джулия с сомнением в голосе.

— Нет, за Льюисом посылать нет необходимости, — резко сказал Хартли. — Я просто перенапряг глаза. Может быть… может быть, ты приготовишь раствор борной кислоты, тогда я промою глаза.

— Ну, конечно, — сказала Джулия. — О, Майк, если тебе не трудно, пройди, пожалуйста, в ванную, и…