Рома мысленно воткнул флажок в подушку прелестной соседки. Это вымпел. Который он должен взять вместе с ней самой. Жаль, купе не двухместное, соседи мешать будут. Но если изловчиться…

— Нет, просто чуть-чуть поиздеваться хочу…

— Чем же я вам не угодил?

— Просто скучно…

— А давайте в вагон-ресторан сходим? Посидим, поговорим…

— Нельзя.

— Почему?

— Какой ресторан, если вам пить нельзя?

— Как это нельзя? Можно!

— Да нет, вам хватит. Я вижу, у вас пистолет в ногах лежит. Скажите, это так положено?

— Нет, — буркнул Рома. — Это так брошено…

Надо же, умыла его. Опозорила.

Он подобрал с пола пистолет, сунул его под подушку. Собрал все свои вещи в кейс. И лег. Закрыл глаза.

— Даже не спрошу, как вас зовут! — отомстил он соседке.

И повернулся спиной к стене.

— А я вам и так скажу. Меня Вероника зовут…

Рома промолчал. Пусть это будет новая порция мести.

Настроение хуже некуда. Соседка испортила. А потом, осадок в душе от встречи с сержантом. И пистолет.

Плохо. Очень плохо. И от начальства влететь может. А еще в его случае «макар» — плохая примета. Пистолет — это война. А он отдыхать едет домой. Не воевать.

Впрочем, какая в Семиречье война? Разве что с комарьем…

— Вероника, а чего вы на верхней полке? — спросил Рома. — Вы женщина, вам нижняя полагается… Давайте поменяемся?

Как ни обидно, соседка почти не реагировала на него. Вымпел у ее изголовья по-прежнему маячил перед его мысленным взором. Уж очень хотелось овладеть этим неприступным бастионом.

— А Вероника не женщина, — заявил худощавый Иннокентий.

Обычный серый тип — человек из толпы. И в Мише ничего примечательного. Банальная посредственность, не более того.